Винсент Ван Гог и справедливость

Жил в нищете, постоянно больной, в том числе и душевно, несчастный одинокий человек, получавший помощь от брата.

Ему очень повезло с братом, конечно. Без Тео не было бы никаких картин и никакого Винсента Ван Гога.

Под конец жизни продал только парочку картин без особого успеха, да и то, побывав уже не раз в психиатрической клинике.

А потом он помер, и теперь его каждая собака знает. А картины Ван Гога стоят миллионы.

Кое-что о жизненной справедливости.

Генри Миллер и его женщины

И далее Генри не любили ни его жены, ни женщины. Пока до конца биографию Миллера не дочитала, но ни Беатрис, ни Джун не любили его, а причиняли одни лишь страдания.

Зачем тогда он был с ними?

Сам Генри далеко не подарок, да и жены его тоже поломанные люди.

Мать его не любила, так что Генри Миллер выбирал женщин под стать — нелюбящих, чтобы заставляли его сильно страдать.

Так себе жизненный сценарий.

Генри Миллер и его мать

С какой-то ужасающей обыденностью биограф сообщает, что у маленького Генри Миллера уже на детских фото трехлетнего возраста испуганные и затравленные глаза.

И правда, почему это?

Далее быстро выясняется, что мать его никогда не любила, о чем сам Генри Миллер позже сообщал.

Его отец спивался от нелюбви со стороны супруги.

То есть Луиза Миллер в принципе любить никого не могла. А при этом в обществе считалась добропорядочной женщиной и самой устойчивой из всей семейки.

Не вполне понимаю, за что женщину называть матерью, если она не дала ребенку самого важного, что ему от нее надо — любви.

Но мамаша научила Генри делать уборку. А ну тогда ок, получается хорошая мать…

Миллер напоминает мне Буковски

По характеру Генри Миллер очень напоминает мне Чарли Буковски, другого моего любимчика, маргинала и бомжа. Вот есть в их психике нечто очень схожее, какой-то важный душевный элемент. Но Генри более оторванный, конечно, Буковски просто сидел себе смирно и бухал.

Маргинальная жизнь Генри Миллера

Вот о писателях (и прочих художниках) часто складывается такое ощущение, что вся их жизнь письмо, что они поцелованные Богом, что они постоянно на подъеме и творят, творят, творят….

Читаю биографию Генри Миллера, написанную каким-то критиком. Стиль мне не нравится, такой насмешливый, циничный, всезнающий. Без уважения пишет.

И вот Генри Миллер мотается по жизни как бомж какой-то, последний маргинал, непонятно как и ради чего живет, и ничего особенно не пишет.

Он и писать-то начал, в конце концов, от скуки, «хоть что-то для души», я так понимаю. Потому что для заработка он нанимался на всякую малооплачиваемую работу.

И да, я в курсе, что Генри уволился из Вестерн Юнион, чтобы начать писать. Но тот запал давно иссяк, а дальше он мотался по жизни будто мусорный пакет, другого слова и не подберу, со всем уважением к таланту Генри Миллера.

Ушли в сказку

Некоторые люди настолько не могут перенести жестокую реальность, что придумывают себе сказку. И затем уходят в нее.

Вот поэтому они так счастливы и у них улыбка на лице. Они не здесь. Вообще не на этой планете.

Они как будто никогда не задумывались ни о чем

Люди прошлого довольно странные. Я про тех, которые жили сто и даже двести лет назад.

Они как будто никогда не задумывались ни о чем. Это видно по литературе того времени, фотографиям, картинам, дневникам.

«Раньше мы никогда ни о чем не думали» — фраза бабушки Вайолет Кроули (Мэгги Смит) в сериале «Аббатство Даунтон».

Вот поэтому тяжеловато изучать то время и не испытывать раздражение. Они как будто дети. Очень маленькие и наивные дети, не желающие ни о чем задумываться, ограниченные, часто необразованные и неграмотные. Есть в этой простоте и какая-то чистота, свет. Но и фантазирования чересчур, много построений каких-то безумных теорий в плане мироустройства, готовность верить в различную дичь, которая, по сути, является сказкой, просто сказкой для взрослых — вот они в эти сказки и верили.

Когда человек в душе ребенок

Я заметила, люди выросшие в СССР так и остались в душе совсем детьми и продолжают верить в сказки.

Быть ребенком во взрослом теле означает, что взрослым будет кто-то другой. Например, твои собственные дети.