«Разум и чувства», роман Джейн Остин, содержание которого я не помню, но именно его название первым пришло мне на ум, когда я поняла феномен пристрастия к чисто английской культуре.
Это метафора существования и жизненная философия, помогающая справляться со многими житейскими трудностями. Поставив во главу угла разум, британцы использовали его как штурвал для управления своим Я-кораблем в любую погоду: штиль ли, шторм ли.
Раньше я видела только приятный антураж: чаепития, сады, вечные розы, светские беседы, тонкую иронию.
И сдержанность. Сдержанность чувств сегодня считается чуть ли не пороком. Человека закрытого считают лжецом и лицемером. Психологи постоянно советуют выражать свои чувства.
Жизненный опыт научил меня, что в трудные минуты необходима какая-то опора, чтобы устоять. Этой опорой не могут быть простые повседневные дела, нужно что-то большее, что-то еще. Когда ты знаешь, что есть что-то, в чем ты полностью уверен и что тебе полностью принадлежит, то это и есть твое тайное спасение от любых невзгод.
Такой опорой может быть навык делать что-то. Англичане чопорной эпохи использовали разум, как свою опору. Сдерживая чувства и стремясь управлять ими, они хорошо устроили свою жизнь, подходя к вещам практично, предприимчиво и вдумчиво.
Мне нравится наблюдать существование медленного мира, в котором люди именно живут, а не спешат или суетятся. В котором поступки совершаются обдуманно, а люди умеют правильно распорядиться тем, что у них есть.
Английские фильмы о временах балов, сплетен, манер и этикета, близки мне не фантазиями о том, как бы это было замечательно жить в замке, имея сад и слуг, и чтобы повар готовил тебе несколько блюд к завтраку. Но мне так близка способность людей реалистично оценивать себя и свои возможности и не требовать от мира большего, чем он способен дать.
Терпение и выдержка дарят этим людям разнообразные переживания, опыт и погружение в жизнь. Если они богаты, они могут исполнять свои желания, решительно и не думая о последствиях. Если они бедны, то, наверняка, обладают множеством практических навыков, в то время как богатые люди не способны даже заварить себе чай.
Я вижу их жизнь наполненной множеством событий, они четко встроены в происходящий контекст, что означает — они включены в жизнь. Собственную.
Время, которое безвозвратно ушло. Время жизни до интернета. Время до больших мировых войн. Время, когда еще были иллюзии относительно жизни.
Ведь у современных людей этих иллюзий больше нет. Конечно, у тех, кто смотрит на жизнь честно и непредвзято.
И в то же время есть еще обоюдоострая тяжесть. С одной стороны — тяжесть традиций, ритуалов, этикета, суеверий, невежества. Тяжесть многочисленных условностей, принятых в обществе. Человечество постепенно освобождалось от тяжести многоярусных платьев и париков, от рабов и рабовладельцев, от власти монархии для власти государства, от антисанитарии в трактирах и вони европейских городов.
Внешне мы стали свободнее, тяжесть ушла. Мы можем носить футболки и джинсы, можем стричь волосы и, что называется, «быть собой», кто бы что ни понимал под этим понятием.
Но внутренне тяжесть есть, она еще сильнее давит на плечи. История стала длиннее, ей сопутствовали множество неудачных попыток найти ответ, что же мы делаем в этом мире и как надо жить; удачных решений почти не было найдено.
И что теперь? Несправедливость существует. Боль, страдания, войны никуда не исчезли.
Только теперь мало кто верит в Бога.
Люди отрицают саму реальность и убегают в шизотеричные миры.
Скорость, спешка, нервы, суета, трафик, пробки, метро, оглушающие известия новостей.
И мне кажется, справиться со всем этим можно: подходя разумно, ища легкости, освобождаясь от внутренней тяжести, живя в согласии с совестью и надеждой на лучшее.
И как бы ни было печально на душе, помнить, что еще бывают сады и цветы, солнце и море, яблочный пирог со взбитыми сливками и улыбка ребенка.
